• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
02:04 

Мягко провести пальцами по выпуклым буквам на жетоне. Такое знакомое и одновременно все же чужое имя. "Джессамина Уотсон". На жетонах и официальных документах это выглядит изумительно. Но для Шерлок она всегда будет Джес (при обычной беседе) или Джесси (в моменты излишней сентиментальности). Разумеется, жетоны стащены из личных вещей тайком. Разумеется, ночью нужно размышлять о чем нибудь другом.
Но мысли все равно только об именах. И прикосновениях. Пусть и опосредованных через тонкую металлическую пластинку.
Поэтому Шерлок лишь крепче сжимает жетоны в руке и засыпает тревожным сном.

02:58 

Ты просила стих, но я не умею писать стихи. Зато могу попробовать написать сказку.



Первая встреча - в маленьком кафе где-то в подворотнях исторического центра Белфаста.
Сегодня - праздник. Очередное перемирие между ИРА и английской армией. Впрочем, все остаются в некотором напряжении. Хрупкий миг доверия и возможностей. Поэтому девушка спокойно гуляет по улицам, фотографирует граффити и баррикады. Она - британский репортер в отпуске. Она слишком влюблена в работу. И поэтому проводит отпуск в необъявленной горячей точке. Хотя это даже неважно. Важнее - что город, в отличии от дождливой погоды, прекрасен. И хорошая прогулка точно не помешает. Особенно если продлится в течении нескольких часов.

Под вечер хочется только тепла и кофе. А еще - она кажется заблудилась. Вот сейчас зайдет только в то странное кафе, спросит дорогу и пойдет обратно в отель. Сил восхищаться чем-либо, казалось, уже не осталось. Но она удивилась. Потому что изнутри кафе представляло собой весьма колоритный ирландский паб. К тому же время было весьма подходящее - дневные постоянные посетители, любящие кофе и сладкое, уже ушли, а ночные, приходящие обычно за "автомобильной бомбой", еще не появились. Поэтому было пусто. Она быстро достала камеру, сделала несколько снимков. И только потом увидела девушку за барной стойкой.
Вот тут то и накатило осознание насколько она вляпалась. Девушка, видимо бармен, была одета во все черное, но отнюдь не это представляло проблему. А ее берет с чертовой пасхальной лилией. "Окей, я британская журналистка в баре ИРА. Прекрасно. Замечательно. Просто лучше и быть не может. Надо улыбнуться и делать вид, что все в порядке. В конце концов сейчас перемирие и может быть все обойдется". Она подошла и села на стул рядом с барной стойкой. Девушка, еще несколько секунд назад спокойно рассматривающая ее, теперь возилась с приготовлением кофе. "Я же еще не сделала заказ". Мимолетная улыбка, странный бокал с ручкой как у кофейной чашки, горка сливок над поверхностью кофе и легкое "За счет заведения". Кофе пьянит, осознание собственных недавних мыслей порождает некоторое ощущение стыда. Что воплощается в скомканных извинениях, странной беседе на смеси английского и настоящего ирландского, к еще трем порциям странного пьянящего кофе. И к ночи в комнатке над баром. На утро становится странно, почти пусто и ощущение пропасти в жизни лишь усиливается от осознания необходимости скорого отъезда. Вызванное такси до отеля, почти невинный поцелуй на прощание. Никакого обмена номерами. Никаких имен и данных.
Но стойкое ощущение скорой повторной встречи не исчезает. И это вселяет уверенность.

Следующая встреча - спустя полтора года. Уже в Дублине, во время празднования дня святого Патрика. Теперь уже нужно вцепиться и не отпускать. Нужно выведать все, но времени снова катастрофически мало. И если та встреча - страсть и кофе по-ирландски, то эта - эспрессо и нежность на выдохе. Впрочем, даже эта встреча не проходит впустую - в кармане оказывается салфетка. Немного кривоватых цифр и рисунок - какое-то странное растение. На долгие недели после эта салфетка становится поводом жить и искать варианты выхода из проблем. Но не звонить. Не разрушать атмосферу сказки, какой-то фаталистичной загадочности и нелогичности. Тонуть в работе, в ворохах необработанных снимков и ответах на тысячи сообщений от озлобленного на весь мир начальства. И только услышав в утренних новостях о начале нового военного конфликта в Северной Ирландии - позвонить.
запись создана: 06.05.2017 в 11:43

03:55 

Слово дня - контаминация.
Слово недели - спектрофотометрия.
***
Люди, придумывающие название учебных заведений - пожалуйста, упакуйте себя сами и сгорите к чертовой матери. Ну откуда ж мне знать в каком я теперь подразделении? Да, финишная прямая из "письма счастья" - титульный лист для ВКР.
***
Если кот будет толстым и рыжим - то мы назовем его Мёрдок. Да, такой мой каприз.

15:05 

Две недели летнего отдыха в итоге пройдут в одиноком блуждании по городу.
А после - снова экзамены.

15:04 

Не хочу отпускать.
Так сильно привыкла к ней.
Я вижу, насколько она вымотана, что ей нужен отдых от всех и всего. Просто переждать. Две недели - и уже после решать что делать дальше.
Главное - не замерзнуть и не наделать глупостей.

19:27 

Моя единственная причина быть человечной пропала на некоторое время.
Так что я снова ухожу в обработку данных. Из достижений - полностью сделан диплом и сопроводительные бумаги, от доклада остался только текст, сама презентация уже готова.
***
Думая о вчерашнем я могу сказать только одно - это была первая(хоть и виртуальная) сессия, когда мне действительно было хорошо и легко. Отчасти это состояние сохраняется и сейчас, пока я вожусь с документами и стараюсь приглушить внутренний таймер.

21:13 

Неожиданно странно. Сестра даже не психует, услышав окончательный диагноз. Только просит быть осторожнее.

21:14 

Постоянно хочется спать.
Полная седативная апатия.

21:56 

Шерлок знает о привязанностях и прочих человеческих эмоциях все. Но лишь в теории. Её же собственная почти болезненная привязанность выражается иначе. Не в виде тотального контроля (это было бы легко, но не имеет смысла). И даже не в столь недавней ссоре (это был нервный срыв, панический визг "я не успею", вызванный сухими буквами на бумаге). Осознание что через каких то полтора года маленький шар пульсируещей боли в голове взорвется вместе со всем ее мозгом, всей гребанной базой данных, большая часть которых сейчас посвящена только Джес Уотсон. Реальным же показателем стойкой зависимости и привязанности является поведение ночью. Даже само желание спать в одной постели было бы удивительным, но есть и более феноменальное. Желание прикасаться. Даже во сне. Хотя бы дюйм кожи должен прижиматься к коже спящей рядом, иначе внутренний протест разбудит не хуже орущего по утрам будильника. Быть по отдельности, физически и сознанием, невозможность высказать что либо или показать языком прикосновений - вот опасный недуг, показание что этот человек нужен на самом деле.
Мысли о подобном все чаще заканчиваются сигаретой, как еще неделю назад - булавкой. Но от булавки осталась белесая полоса на коже, а в сигарете давно нет ни спасительного никотина, ни тепла нагретого воздуха. Все способы абстрагироваться терпят крах. Все попытки уйти в работу - лишь тем, что работа кончается слишком быстро.

08:06 

Труп 3415

Не совсем банальный случай. Отравлен дважды. Жена травила крысиным ядом, любовница - жидкой ртутью.
Умер быстро, на его счастье.

06:18 

Самая сладкая мечта - поспать. Хотя бы час.

10:38 

Минус еще одна мечта.
Даже не грустно уже.
Просто заебалась так жить

19:50 

Я раздавлена. Совсем.
У меня нет ничего.
Даже плакать больше уже не могу. Просто не могу. От меня ничего не осталось. Ничего. Два года восстановления впустую.

18:41 

Теперь остаётся только сдохнуть. Не оправдала ничьих надежд.
Сплошной позор семьи.
Ни-ко-му.
Никаких планов. Никакой личной жизни. Не заслужила. Не получила достаточно по морде чтобы просто было спокойно.

08:06 

Когда тебя снова начинает рвать кровью - это уже не страшно. К такому тоже можно привыкнуть.

15:50 

Праздник не удался. Надо запомнить - не строить планов.

09:07 

Любовь - позволить своей девушке причинять любой ущерб твоему собственному телу. Удивительная близость.
Сон так и не идет ко мне, поэтому я расписываю в уме аспекты договора.

22:25 

14:47 

Тошнит от лекарств.
Все ушли, можно включить аудиокнигу и спать вечно.

05:27 

Иви приходит на пасеку около полуночи. И находит меня даже в самом темном уголке сада. Шепчет горячо на ухо - "Пойдем, сегодня уже пора". Я иду с ней, не спрашивая куда или зачем. С ней всегда так, лучше не задавать лишних вопросов, а то она потеряет мысль и вся затея будет испорчена. Мы идем до дальней поляны и я начинаю догадываться о ее планах. На краю бесконечной травяной волны горит костер, а в нем догорают пряно пахнущие травы. Когда она усаживает меня на заранее расстеленный неподалеку от костра плед - догадка подтверждается. Ритуал. Спустя три года она все же рискнула. Я выполняю правила и не задаю вопросов.Раздеваемся молча, замираю пока она наносит на мое тело узоры золотой краской. На самом деле мне хочется плакать от неожиданной нежности. Это слишком внезапно, после столь долгой паузы и всех тех событий. Не ожидала что она вообще придет. Я лишь вздрагиваю, когда тонкий нож вспарывает кожу на моей груди прямо над сердцем. А когда то же самое происходит с коже на левой ладони - полностью осознаю происходящее. Она вернулась. Мы проводим ритуал и я даже не знаю зачем. Черт, кажется я совсем влипла. Она вкладывает нож в мою руку и просит "Сделай надрезы мне, только быстрее". Отпустить разум гулять дальше и следовать ее идее? А почему бы и нет. Повторяю ее действия, и улыбаюсь когда она прикладывает свою ладонь к моему надрезу на груди. А я прикладываю свою к ее. Это легко - снова поверить. Снова слушать жаркий шепот, снова растворяться в ее руках. Произошедшее после непохоже ни на один примирительный секс. Не лучше или хуже, просто иначе. И желаю я только одного - утром уйти отсюда вместе. Вместе вернуться в наш дом. С этой мыслью сознание окончательно меня покидает.

Просыпаюсь на рассвете от шепота "Эва, проснись, уже можно уходить". Я перебиваю ее поцелуем и только потом увожу домой. Моя мечта сбылась. Я не знаю что пожелала она, но верю что теперь все всегда будет хорошо.

A beesy mind

главная